Фантом приезжает в город

Шулер Вальтер Скот

Без сомнений Вальтер Скотт – это самый умный человек с колодой карт в мире.

Картёжники живут ночью, как и эти. 14 июня 1930 года группа лучших фокусников Нью Йорка собралась дома у Эла Бакера чтобы посмотреть на феноменальные способности профессионального карточного шулера. Фокусник Эдди Магваер, из Род-Айленда месяцами рассказывал о шулерских способностях, расхваливая его сверхъестественное волшебство, которое он творил с колодой карт. Это была история очень похожая на историю когда-то уже рассказанную Даи Верноном, чьи поиски уникального карточного шулера были хорошо известны и открыли ему много секретов, эти секреты знал только он. Но Магваер настаивал, и твердил, что он уже сам нашел карточного шулера, который зарабатывает себе на жизнь шулерством за карточным столом и этот шулер мог бы даже обыграть Вернона, если бы состоялся “поединок”. Он пытался впечатлить Нью-Йоркскую толпу историями поединков, в этих байках его шулерский друг обыгрывал всех играющих. Мечта всех карточных фокусников – это увидеть великолепную карточную игру в процессе и истории о шулерских триумфах должны были вызвать у фокусников восхищенное предвкушение. Но Нью-Йоркская группа фокусников поверила только в истории Вернона, кроме того, у того была репутация и авторитет, а историям, которые рассказал Магваер – они не очень верили. Как он позже написал, его заявления были “приняты вежливыми фокусниками со скептицизмом, и с насмешкой тех, кто так вежлив”. Это не оставило Магваеру выбора. “В подтверждении моих слов и доказательства своих историй, я привез одного из самых умелых мастеров за карточным столом в Нью-Йорк Сити – Вальтера Ирвина Скотта”.

Дом Эла Бакера всегда служил местом сбора для этого эксклюзивного кружка карточных экспертов. Бакер был профессиональным фокусником специализирующимся на чтении мыслей, кроме того он был комедийным фокусником и работал в клубах Нью-Йорка. В будущем он напишет несколько учебников для фокусников, которые войдут в число лучших. Хочется ещё сказать, что в 1930 талант Бакера как фокусника был хорошо известен его коллегам. Также тут был, Т. Нельсон Доунс, Томми Доунс был его другом, и раньше известен профессионалам как Король мАнет. Неправильно написанная аллитерация (слово мАнет) была обычной особенностью в эстрадном представлении, а успехи Доунса в ловкости рук сделали его уникумом. На сцене он показывал фокусы с монетами, он разработал свою версию фокуса “Денежная Мечта”, по всей видимости, неожиданно вылавливал доллары из воздуха. Для того чтобы исполнять фокусы так как это делал Доунс, необходима была особая гимнастика для пальцев, для этого нужно было обладать особой ловкостью, Доунс поместил несколько фотографий со своими методами в свои рекламные материалы. Доунс мог сделать заднее пальмированее с четвертаком долларов в своей руке, проявление большой ловкости, которое казалась всем практически невозможной после того как он опубликовал детали этого движения. Но это было несколько десяток лет назад. Доунс был когда-то одним из самых высокооплачиваемых исполнителей варьете в штате и свободно удалился от дел, когда ему было всего 43 года. Теперь в свои 60-ят, его увлечение в области ловкости рук, особенно карточной магией и техниками используемыми шулерами и каталами было значительным как никогда ранее. Его привез в Нью-Йорк его друг Эдди МакЛаулин, фокусник любитель и постоянный торговец. Они двое часто путешествовали вместе, МакЛаулин был рад послужить шофером, если доводилось увидеть хорошие фокусы.

Другим эстрадным исполнителем тогда той ночью – был Кардини, настоящее имя Ричард Питчфорд, родившийся в Мамблесе в Вельсе. Тогда как Доунс манипулировал монетами, Кардини фокусничал с игральными картами с представлением, которое остается самым лучшим в своём роде. Тогда Кардини изображал на сцене английского джентльмена, надевал на голову цилиндрическую шляпу, белый галстук-бабочку, фрак и кап и прогуливался домой после ночи по городу. На представлении он иногда изображал удивленного человека, у которого карты, сигареты и бильярдные шары посредством волшебства появлялись на кончиках пальцев, и чем больше он их выбрасывал, тем больше казалось, они преследовали его. Комедийное представление нам сцене маскировало искусность в ловкости рук, которая вывела сценического манипулятора на новый уровень. Свои способности он шлифовал в окопах на Первой Мировой Войне, упражняясь с картами с одетыми перчатками, чтобы согреть руки от холода. Его манипуляции на сцене в перчатках восхищали его коллег и последователей, которые высоко оценивали его феноменальные возможности. Они также массово копировали его представление, выдергивая вееры игральных карт из воздуха и одеваясь в вечерние наряды. Представление Кардини было одним из самых имитированных в истории фокусов но для того что бы быть его конкурентом, нужно одеваться как он, они не могли подражать его презентации и не обладали его шармом и даже не владели той проворной ловкостью которая была у Кардини. Здесь также был друг Вернона Сэм Хороуитз, который выступал под сценическим именем Мохамед Бей. Был известен своей превосходной ловкостью рук и впоследствии на него однажды назовут как один из “Картежных Звезд США” в плодотворной книге про фокусы Дж. Норзена Хилларда, Большая Магия. Другими Картежными Звездами были включены в книгу – Кардини и Эл Бакер.

Макс Холден был человеком немного из другого направления. Он манипулировал тенями не картами, располагая их за ширмой, в целях развлечения публики он работал в любом клубе, который его нанимал. Теневое изображение никогда не было на переднем плане сферы развлечений но, по крайней мере, у Холдена была диковинка: его тени были в цвете. Более того, его Магическая Студия в Нью-Йорке обеспечила ему почетное общественное положение среди любой группы фокусников, которые здесь собирались. Он стал каналом, через который фокусники из других местностей узнавали про магию Узкого Круга, он писал про свои встречи с великими магами в своей колонке в журнале Сфинкс, и проливал свет на бурные события, происходившие тогда на магической сцене в Нью-Йорке.

По сравнению с ними, Эдди Магваер был вообще никому неизвестен, по крайней мере, за пределами Род-Айленда. Однако он несколько лет состоял в переписки с Нельсоном Доунсом, торговал слейтами (различными техниками), передавал слухи и секретную информацию, делал что-то, что помогло бы Магваеру внедриться в эту эксклюзивную группу. Он очень много рассказывал о неуловимом карточном шулере по имени Вальтер Ирвин Скотт, который сегодня вечером расставил бы всё по полочкам или же не расставил. Если Скотт потерпел бы неудачу в своем выступлении, МагВаера наверное не простили. В то время когда группа ожидала тот момент, чтобы увидеть то, что Скотт мог сделать с колодой карт, они скорее понимали, что время басней и рассказов подошло к концу. На самом деле это было только началом.

Что касается Скотта, то никто из присутствующих здесь не слышал о нём, лишь анонимно всегда ходили слухи якобы он играющий шулер. Он был стройным, хорошо выглядел, обладал орлиным взглядом, был хорошо одет для своих тридцати лет, его волосы были зачесаны назад, а его наружность выражала дружелюбность. Только его большие руки могли сказать о том, что он может хорошо манипулировать картами. Если Скотт чуточку и чувствовал себя неуютно в этой компании, то он это не показывал, он был как у себя дома. Конечно, он не мог предвидеть какие-то споры или дебаты. Но он сдавал карты большую часть своей жизни, и сдача этих карт здесь ничем не отличалась от предыдущих сдач. Хм, хотя скорее небольшое отличие было, его собеседники надели ему на голову большой черный мешок, не давая ему возможности смотреть на карты перед тасовкой карт и помещением их в его руку. Это был высочайшее испытание его способностей.

Он сидел здесь под присмотром внимательных глаз некоторых самых знающих и способных артистов специализирующихся на ловкости рук в мире, каждое его движение было под тщательным присмотром. Они близко смотрели на то, как он держит колоду, в надежде уловить любое фальшивое движение. Он попробовал пару раз раздать карты для того чтобы их почувствовать. После он спросил число, которое им нравиться. Макс Холден назвал число 6-ть. Колода была перетасована и подснята ещё раз, после её вернули ему в руку. Без колебания он начал сдавать на шесть рук по кругу стола имитирую игру в покер. В конце сдачи некоторые открыли розданные карты. Рука Скотта состояла из четырёх тузов и короля, победной комбинации, всё это было исполнено в жесточайших условиях и тщательном наблюдении. Доунс, Кардини, Холден и другие просто таращили свои глаза и находились в полном восторге. Они никогда не видели что-либо подобное. Он повторил это ещё раз. Он удивлял их на протяжении оставшегося вечера, демонстрируя чудеса картёжного мастерства о котором они только мечтали.

Полный восторга доклад Макс Холдена появился в июльском номере 1930 г. журнала Сфинкс, в его постоянной рубрике “Магия во всем Нью-Йорке”. Сфинкс был самым престижным в Штатах журналом для фокусников в то время, продавался только фокусникам, как аматерам, так и профессионалам, его назвали в честь Египетской статуи, которая не выдавала секретов. Холден начал свой доклад со слов “Без сомнений Вальтер Скотт – это самый умный человек с колодой карт в мире”. Не самое плохое заявление от человека, который ежедневно контактировал с лучшими фокусниками мира, и как мы увидим далее, что-то задело тех, кто считал, что у него уже есть этот титул. Для тех, кто не был в Узком Кругу, доклад Холдена про тот вечер казался неправдоподобным. “Я знаю, многие читатели подумают, что я затрагиваю невозможное, но это реальные факты, которые могут подтвердить Мистер Ернст, Профессор Квимбли, Лео Рульман и Джон Малхолленд”. Здесь Холден приводит описание второй демонстрации происходившей в доме профессора Квимбли и хвалится списком великих и хороших фокусников, которые могут подтвердить его слова. После он описывает сдачу Скотта, где тот раздал четырех Тузов и Короля себе и после он подробно излагает следующие чудеса:
“И вновь карты были тщательно перетасованы, и опять Скотт раздал наивысшую комбинацию Рояль Флешь, и другие руки были все достойными. После взяли другую колоду карт у Эла Бакера, и Эл перетасовал и поместил карты в руку Скотта (только в одну руку). После Скотт сказал “легко узнать достоинство верхней карты в колоде, но что вы скажите, если я взгляну вниз и скажу что четвертая карта снизу колоды – это ТУЗ? И Эл посмотрел на четвертую карту – это был ТУЗ. И снова четвертая карта снизу была Тузом, а после подснятия и разделения колоды на две половины Скотт передал мне одну половину и сказал: “В этой половине колоды у тебя есть один король и три туза”.

Доклад казалось, был написан в какой-то спешке, или возможно в возбужденном состоянии, так как были ошибки в пунктуации. Со временем рассказ распространился и был переписан заново, но сейчас он читался как поспешно написанные заметки волнующимся человеком, который написал свои мысли на бумаге ещё до того как спало волнение. Фокусники наверное бы без труда прочитали между строк и увидели бы невозможность того что сделал Скотт. Он мог раздать старшие карты с колоды по желанию, и он знал, где их точное местоположение в перетасованной колоде. Всё казалось слишком хорошим, чтобы быть похожим на правду, да и в Апрельском издании наверняка была лож. Это не было тем летним выплеском мыслей корме того Холден утверждал что каждый может верить каждому произнесенному им слову. Он слал свидетелем не только великолепного исполнения карточного манипулирования, но и увидел дебют на магической сцене величайшего каталы из всех существующих.

Кардини был в расцвете своих сил, тогда он работал в клубах и залах и был знаменитым во всем мире. Холден знал, что его высказывание о новом парне в их компании вызовет бурную реакцию и в итоги он воспользовался ещё одной возможностью поддержать и выразить своё мнение, он написал следующее:

Кардини всегда считался экспертом в сдаче вторых, но того как увидели сдачу вторых Скотта, Кардини отошел на второй план. Скотт – лучший человек с картами во всех действиях, и вторые – это одно из его совершенств. Никогда не двигая пальцы в сдаче вторых, просто, кажется, как будто он выжимает вторую карту.

Несмотря на заявление Кардини про то, что сдача вторых играет какую-то роль в демонстрации Скотта, Холден продолжал утверждать, что он сбит с толку. “Я так же сбит с толку, как и другие. Я не могу объяснить или найти хоть какой-то ключ к объяснению. Просто этому нет объяснений”. Он просто не мог ничего понять, когда он находился в замешательстве: каждый присутствующий на этой встрече был полностью запутан и их комментарии были приведены другим обозревателем, Вильямом Фрейзи, в этом же выпуске журнала Сфинкс.

Вальер Скотт, я думаю, он из Провиденса, он был сенсацией среди карточных фокусников в Нью-Йорке. Он без сомнения, самый способный картёжник, который когда-либо приезжал в большой город. Его работа уникальна. Я просто приведу комментарии некоторых людей, которые знают об этом способе работы лучше, чем я.

Томми Доунс – “Сверхъестественно. Лучшая работа, которую я когда-либо видел”. Сэм Хороуитз – “Мастер Карт”. Кардини – “Ничего подобного до этого не показывали, величайший картёжник, из всех”. Нейт Лейпциг – “Изумительно!” Макс Холден – тогда я всю ночь лежал и думал про то – Как же он всё-таки это сделал”. И теперь дорогие читатели, если вы когда-то увидите другие хвалебные статьи про Скотта, пожалуйста, не подумайте что в них что-то преувеличено, так как Скотт действительно сенсация.
Другая хвалебная статья всё-таки появилась, в Линкинг Ринг, в фирменном журнале Международного Братства Фокусников. В августовском издании 1930 человек увлекающийся картами Пол А. Ноффки ссылался на статью Макса Холдена из журнала Сфинкс, а после описал свою встречу с Эдди Магваером и Вальтером Скоттом, которые недавно навестили его в городе Спрингфилд. Интересно то, что он отметил тот факт – это был не первый его визит и то, что он до этого уже был знаком как с Магваером так и со Скоттом несколько лет. Он называл Скотта “Величайшим картёжником всех времен и народов. Вы должны увидеть его работу, что бы полностью оценить его контроль над картами. Он говорит с ними, а то, как они его слушаются его – я не могу понять”. Он перечислил всех великих фокусников с которыми он был знаком, Эл Бакер, Кардини, Томми Доунс, Сэм Хороуитз и среди них был и Даи Вернон и он сделал четкий вывод: Скотт бы обыграл их всех.
Он также привел короткий рассказ, сказав, что несколько недель ранее (это могло быть в то время, когда Скотт был с визитом в Нью-Йорке) Магваер и Скотт сопровождали Ноккфи на одном его профессиональном представлении. Это было в доме одного из миллионеров, где Баффлис великодушно представил Скотта как “карточного манипулятора, который начинает там, где я заканчиваю”. Скотт понял намёк и показал трюк:
Затем Скотт попросил новую колоду карт, ему завязали глаза двумя косынками, он сел за стол, который был набит битком и люди сидели очень близко к нему и на протяжении целого часа он показывал всякие темы – много интересных тем, например, таких как нижняя сдача, сдача вторых, пальмирования, Покерные примочки всех видов. Если верить Ноккфи у Скотта было много примочек. Некоторым людям нравятся, когда их вводят в заблуждение.

Вот тут, по крайней мере, от Ноффки, который хотя бы разбирался в картах, мы поняли, какие методы исполнял Скотт, он привел больше упоминания его конкретных техник, чем просто каких-то эффектов. Для того, чтобы обмануть самых опытных фокусников в США он применял такие хорошо известные на то время уловки как сдача вторых и нижних – этот факт кажется невероятным. Техники были детально описаны Эрднайзе и их применяли в своих фокусах многие фокусники. У читателя осталось впечатление, будто бы способности Скотта во всех этих техниках были великолепными и, что он достиг невиданного уровня совершенства. И не смотря на то, что сдача с завязанными глазами представляла проблему даже для эксперта. The allusion to Scott having “plants”, i.e. stooges around the table, was a reference to remarks made by a fellow columnist, Baffles Brush, who had been fooled by some of Paul Noffke’s card work at a magic convention and concluded that a battery of stooges might explain the trick. It didn’t and, as Noffke assures us, it couldn’t account for Scott’s demonstrations either, particularly this one given at the home of a stranger.

Кардини, очень увлекался съемкой, и был фотографом любителем, он убедил Скотта дать несколько представлений перед его домашней кинокамерой. По-видимому, записав техники не только для себя, но и чтобы показать остальным. Затем, согласно Холдену, Кардини изменил свое мнение. “Будучи джентльменом, Кардини запечатлел Скотта на фильм и фотографии, но они были слишком крутыми, чтобы достаться кому-нибудь ещё”. Однако Холден не уточнил, для кого техники считались “слишком крутыми”. Наверное, слишком крутыми они считались для тех, кто был не в Узком Кругу. Две фотографии встречи были опубликованы. Первая появилась в рубрике Эла Бакера в Августовском выпуске журнала Сфинкс. На ней запечетлены Скотт, Магваер, Кардини, Бакер, Доунс, МакЛаулин, Хороуитз и Холден, они сидят за столом пьют кофе и эта фотография похожа на магическую версию фото Тайная вечеря (последняя совместная трапеза Христа и апостолов). Вторая фотография была показана в Магической Студии Макса Холдена. На ней есть Скотт, у которого на голове пакет, он раздает карты для этой же элитной компании фокусников. Тут нельзя увидеть лицо Скотта, потому что его лицо закрыто, это увеличило загадку о человеке, который будет, в конечном счете, известен как Фантом Карточного Стола.

При описании представления в доме профессора Квимбли (журнал Сфинкс), Холден привел высказывание, которое разожгла неистовые дискуссии. Он перечислил многих лучших карточных экспертов тех дней, иногда допуская ошибки в их именах (наверное, писал в спешке), сравнивая их с Вальтером Скоттом, новым королем карт.

Я не могу полностью описать те чудеса, которые исполнял Скотт, но он реально уникален и я думаю, что видел великих карточных фокусников во всём мире: Доктор Эллиот, Бакер, Лейпциг, Хантер, ОКоннор, Милтон, Зингонк, Декстер, Кардини, Джими Томпсон, Ноффки, Скарни, Эренс, Нельсон Доунс, и напоследок – Даи Вернона, которым я всегда восхищался и Дейва я считаю величайшим в карточных вопросах, но теперь, я передаю корону Скотту, и все другие согласятся со мной.

Дэйвом, конечно, был Даи Вернон и высказывание Холдена о том, что Корона переходит от Вернона и присваивается Скотту, имела большие последствия. Вернон удивлял Макса Холдена на протяжении многих лет, показывая тому свои карточные творения, многие из которых Холден описывал в своем журнальной рубрике, дразня и передавая читателям взгляд на новый вид микромагии, который Вернон же и создавал. Хотя, казалось бы, ещё несколько лет до этого Холден наградил короной Вернона и назвал его Королем Карт. А теперь он передавал титул совершенно неизвестному карточному эксперту, который один раз навестил его в Нью-Йорке. В прямом сравнении Скотта и Вернона и указании того факта, что каждый согласится, что Скотт был лучше, было ударом по самолюбию Вернона, и всё это резко отразилось в будущем. Несмотря на присутствие Доунса, Кардини и Хороуитза среди знаменитой группы, которые были крайне удивлены работой Скотта, в тот вечер в Нью-Йорке не было только одного карточного эксперта. Даи Вернона.

Leave a Reply